September 20th, 2013

БСД

Где проходит граница между наукой и псевдонаукой?

  Как определить псевдонаучное исследование и отличить настоящего ученого от ненастоящего?
Один из самых сложных вопросов, которые не-ученые задают ученым – как отличить настоящего ученого от ненастоящего?
  Этот вопрос на самом деле содержит в себе два. Во-первых — как отличить целое научное движение или направление, особенно новое, от псевдонаучного? Допустим, вы впервые слышите о людях, изучающих торсионные поля или пересматривающих мировую хронологию. Как понять, ученые они или шарлатаны? Во-вторых, если мы определились с тем, какие направления научные, то как узнать, кто является их законным представителем, а кто – лишь выдает себя за такового?
  Немного обескураживающе, ответ на первый вопрос – в самом общем смысле, никак. Что является научным, а что – нет – определяется как бы задним числом. Быть на переднем крае науки – это как делать грязную работу для спецслужб. Если вернетесь после выполнения секретного задания, вас наградят. Если провалитесь – служба сообщит, что вас никто никуда не посылал.
  Соблазнительно думать, что есть какие-то универсальные правила мышления, которые гарантируют, что, пока вы им следуете, вы мыслите научно. То, что вы делаете, может оказаться большой наукой, а может – маленькой, но не наукой вовсе оно не окажется. Правила научного метода – это как присяга и ношение военной формы, которые устраняют всякие сомнения, в чьей армии вы сражаетесь и накладывают на командование обязательства по отношению к вам, если вы попадете в беду.
  Проблема с этими правилами в том, что их пытаются вывести по меньшей мере 400 лет – если считать от Френсиса Бэкона – и пока безуспешно. Все согласны, что ученые должны критически оценивать факты и не доверять авторитетам, быть готовыми пересмотреть свои взгляды, раз за разом проверять однажды сделанные выводы и т.д. и т.п. Но то, что вы следуете всем этим указаниям, вовсе не гарантирует, что потомки согласятся, что все, что вы делали, было наукой. Кеплер и Тихо Браге, кроме астрономии, занимались астрологией (споры по поводу того, занимался ли ей Ньютон, ведутся до сих пор). Комфортно думать, что, когда они описывали движение небесных тел, у них работал один участок мозга, а когда составляли гороскопы – другой. Но сами они с этим не согласились бы (во всяком случае, Браге; Кеплер высказывался в поздние годы об астрологии иронически, хотя и не непонятно, искреннее ли). Собственно, само разделение астрономии и астрологии во многом появилось уже post hoc, как способ отделить хорошее от плохого в том, что прежде было во многом единым корпусом знания.
  Возьмем пример посвежее. Евгеника сегодня представляется псевдонаучной, во всяком уровне, на уровне практики, направленной на улучшении человеческой породы за счет селекции. Однако во второй половине 19 века она последовательно опиралась на лучшее из того, что наука – которую мы и сегодня признаем наукой – могла дать: теорию эволюции и рождающуюся математическую статистику (которая в значительной степени и создавалась Гальтоном, Пирсоном и Фишером для потребностей евгенических исследований). Когда все начиналось, никто не мог предсказать, что все закончится фиаско.
  Может ли быть так, что все, что мы считаем наукой, со временем приобретет статус, аналогичный статусу астрологии? Интуитивно, кажется крайне маловероятным, что это произойдет, например, с классической механикой. Изменения в ее статусе, которые происходили до сих пор, носили более локальный характер – она оказывалась частным случаем более общих теорий, но в качестве такового не потеряла свою валидность вовсе. Но в отношении значительной части других наук этой уверенности уже нет. Раскол, как ни странно, не проходит точно по линии гуманитарные – естественные. Опять же, кажется крайне маловероятным, что будущие столетия полностью опровергнут, например, расшифровку египетских иероглифов или вывод о том, что «Протоколы сионских мудрецов» были фальшивкой– хотя они и проходят по ведомству «неестественной» истории. С другой стороны, вряд ли кто-то удивится, если наши представления о логике изменений климата через несколько десятков лет будут казаться проекцией фантазмов общества рубежа тысячелетий. Тем не менее, социальные науки тут явно находятся в зоне особого риска. Пожалуй, больше людей удивится, если значительная часть современной экономики НЕ будет считаться псевдонаукой сто лет спустя, чем наоборот, если будет (нечего и говорить о социологии).
  Collapse )

БСД

По поводу статьи товарища Маккейна

  Очень тронуло сделанное автором признание "МИ ВАС ЛЬЮБИМ" (по слухам, самым странным образом отсутствующее в англоязычном варианте), да и с заявленными к антинародному режиму претензиями трудно не согласиться, однако же в отношении последнего тема не раскрыта до конца.
  В самом деле, заявляя, что Путин "дал нам политическую систему, которая поддерживается коррупцией и репрессиями и недостаточно сильна, чтобы допустить несогласие", товарищ Маккейн как-то упускает из виду тот факт, что наш нынешний ставленник крупной буржуазии является преемником и продолжателем дела Ельцина, которого - мы прекрасно это помним! - консультировало свыше 300 североамериканских советников.
  Давно уже замечено: как только протаскивается какой-нибудь особо людоедский закон, которому просто невозможно придумать хотя бы минимально, с зажмуренными глазами и зажатым носом, приемлемого оправдания, в качестве ultima ratio непременно звучит: "Потому что так делают в развитых странах". В "развитых" странах платные медицина и образование. В "развитых" странах - ЕГЭ. В "развитых" странах повышают пенсионный возраст. В "развитых" странах безработица - не повод бить в колокола, а неизбежный экономический фактор...
  От имени Группы Друзей САСШ уверенно заявляю: мы тоже любим североамериканский народ, давший человечеству великие образцы борьбы с засильем капитала, за свободу и социализм - в частности, Международный День Солидарности Трудящихся отмечается нами ежегодно в память о жертвах Чикагской бойни 1886 года.
  Мы верим, что североамериканцы не менее, чем иные народы, наделены стремлением к социальной справедливости, возможной лишь в отсутствие частной собственности на средства производства, и мы всегда готовы поддержать их в борьбе с кровавой диктатурой капитала, морально - в режиме 7/24, а случись в наших пенатах социалистическая революция прежде, чем в САСШ - то и командированием вооруженных формирований.
  Однако давайте же помнить слова великого русского поэта А.С. Пушкина, под которыми, несомненно, подпишется и подавляющее большинство американцев: "Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мною это чувство", - и начнем прыгать для начала каждый на своем Родосе.
  Вот, не далее как сегодня САСШ закрыли небо для самолета президента Венесуэлы - что это, как не вопиющее попрание норм добрососедства?
  Поэтому с вашей стороны, товарищ Маккейн, было бы правильно немедленно и решительно отречься от буржуазных благоглупостей - навроде того, что кто-то чем-то наделен неким мифическим создателем, а не кует свою судьбу собственными руками - пройти интенсивный курс марксистско-ленинской идеологии под чутким руководством товарища Уэбба, и отважно вступить в битву с ужасающими мерзостями диктатуры капитала, чтобы спасти свой народ. Мы надеемся увидеть тот день, когда это произойдет!