Beobaxter (beobaxter) wrote,
Beobaxter
beobaxter

Category:

Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине, т.1 - 01

Предыдущий пост

К ЧИТАТЕЛЮ

  Имя Ленина, которому посвящены собранные в настоящем издании воспоминания родных, соратников и очевидцев его деятельности, - символ победы Великого Октября, крупнейших революционных свершений XX века, определивших облик современного мира.
  Всю свою жизнь без остатка Ленин посвятил борьбе за освобождение трудового народа от угнетения, нищеты и бесправия. Верным компасом к победе пролетариата над эксплуататорами, к полному человеческому счастью всех трудящихся было для В. И. Ленина марксистское учение, творчески развитое им в новой исторической ситуации.
  С момента вступления молодого студента Ульянова на путь борьбы против самодержавия и деспотизма прошло более ста лет. Став марксистом, Ленин вместе с тем унаследовал здоровое и ценное ядро искреннего, боевого демократизма своих революционных российских предшественников, идеалом и целью которых была народная революция. Кровь старшего брата Александра озарила, по словам Анны Ильиничны Ульяновой, заревом революционного пожара путь следующего за ним брата, Владимира. Оценивая его жизненный путь, мы вслед за поэтом можем сказать: "Коротка и до последних мгновений нам известна жизнь Ульянова, но долгую жизнь товарища Ленина надо писать и описывать заново". Эта глубокая по содержанию мысль была высказана Маяковским вскоре после смерти Владимира Ильича. Именно тогда, в 20-е годы, было написано большинство проникновенных, исторически точных воспоминаний об Ильиче, которые ныне являются бесценным источником сведений о создателе Коммунистической партии, руководителе великой пролетарской революции, государства рабочих и крестьян, вожде мирового пролетариата.
  Счастливая, но нелегкая жизнь В. И. Ленина, начатая на берегах великой русской реки Волги, органически слилась с историей российского пролетариата. Он разделил участь тысяч и тысяч сибирских политических ссыльных, а затем эмигрантов по милости царских властей. Эти страницы жизни Владимира Ильича нашли отражение в воспоминаниях его родных, товарищей по борьбе, очевидцев его конспиративной деятельности. К сожалению, многие из его соратников не успели поделиться своими воспоминаниями, а громадное число написанных и опубликованных вскоре после смерти В. И. Ленина мемуаров по вине Сталина и его ближайшего окружения было на долгие годы изъято из обращения и стало недоступно читателям. Среди них воспоминания В. А. Антонова-Овсеенко, А. С. Бубнова, Н. П. Горбунова, М. С. Кедрова, С. В. Косиора, Г. И. Ломова (Оппокова), В. И. Невского, И. А. Пятницкого, Ф. Платтена, В. Я. Чубаря, А. В. Шотмана и многих, многих других. Только теперь мы знакомимся с воспоминаниями Н. И. Бухарина, Г. Е. Зиновьева, Л. Б. Каменева, В. Н. Каюрова, Н. Н. Крестинского, К. А. Мехоношина, Н. Осинского (В. В. Оболенского), К. Б. Радека, Ф. Ф. Раскольникова, А. И. Рыкова, И. Т. Смилги, И. А. Теодоровича, И. С. Уншлихта, А. Г. Шляпникова, Б. 3. Шумяцкого. Этот список надо бы продолжить, но мы надеемся, что наши читатели сами убедятся, какие драгоценные сведения и мысли прятали от нас на протяжении десятилетий, духовно обедняли нас, тормозя развитие общественных наук, и в первую очередь лениноведение - науку о жизни и деятельности В. И. Ленина, его трудах, его теоретическом наследии, о воздействии его идей на революционное преобразование мира.
  После XX съезда КПСС начался процесс возвращения этого богатства в открытые фонды, переиздания ранее запрещенных мемуаров представителей ленинской гвардии коммунистов. Этот процесс пока не завершен, он продолжается, и особенно активно в последние годы.
  Одна из задач настоящего издания - опубликование неизвестных или забытых воспоминаний о В. И. Ленине, которые позволят читателю восполнить недостающие звенья в ленинской биографии, уточнить многие ее факты, преодолеть ранее созданные стереотипы, расширить представление о целой плеяде революционеров, рядом и вместе с Лениным шедших на штурм самодержавия, устанавливавших и отстаивавших власть Советов, начинавших закладывать фундамент социализма. На этом можно было бы, по существу, и закончить наше обращение к читателю. Но поскольку все 10 томов он получит не сразу, то хотелось бы, хотя бы эскизно, представить будущее издание, содержание воспоминаний соратников и сподвижников В. И. Ленина.
  Отдавая себе отчет в том, что, как бы объемно ни было настоящее издание, мы не сможем включить в него все воспоминания о работе в подполье, во время трех российских революций, в годы Советской власти. К тому же по известной причине мы предпочитали воспоминания, напечатанные в 20- начале 30-х годов. Поэтому за рамками этого издания останется многое, на что наверняка обратят внимание исследователи и внимательные читатели.
  Громадное число сведений о Ленине, как известно, разбросано в разного рода статьях, брошюрах, книгах, автобиографиях, которые и мемуарами в прямом смысле слова не назовешь. Составители данного издания учитывали и это обстоятельство. К примеру, весьма показательны автобиографии и авторизованные биографии деятелей Октябрьской революции и гражданской войны, написанные для Энциклопедического словаря братьев Гранат. Среди них интерес представляет автобиография Ивана Адольфовича Теодоровича, который, связав свою судьбу с революционным марксизмом в 1895 г., прожил, говоря его словами, "жизнь профессионального революционера, жизнь рядового ленинской когорты". Он, в частности, пишет: "И в практической работе и в литературной деятельности я служил одной цели - пропаганде идей великого революционера, моего учителя. И если чем я горжусь, так только тем, что одним из первых я почувствовал гений Ленина и стал под развернутое им знамя" [
Энциклопедический словарь Русского библиографического института Гранат. Т.41. Ч.III. Приложение. Стлб. 145.]. Иван Адольфович рассказал, как в 1895 г. ему попался сборник "Материалы к характеристике нашего хозяйственного развития", запрещенный царским правительством, но тайно распространявшийся социал-демократами. "Из ряда авторов этого сборника,- рассказывает И. А. Теодорович,- я выделил одного - К. Тулина (впоследствии я узнал, что это был В. И. Ульянов). Его статья "Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве", как раз оказалась тем произведением, в котором я нуждался для ясного и глубокого теоретического ответа на все сомнения, какие еще у меня оставались. Тонкое развенчание "легального марксизма", чеканное отмежевание от эпигонов народничества и вместе с тем признание "лучших сторон старого русского народничества, к которым в некоторых отношениях примыкает марксизм" (стр.2 сборника, II т.) - это было как раз то, к чему ощупью и не совсем отчетливо склонялся я сам. С этой поры "Тулин" стал моим светочем, учителем, авторитетом. Я зорко следил за его работами, познакомился с его биографией и с участью его брата А. И. Ульянова и в общем и целом разделял все его взгляды" [Там же. Стлб. 142.].
  Весьма интересен с точки зрения взаимоотношений Ленина со своими товарищами по партии тот раздел биографии Теодоровича, в котором он рассказывает о трех случаях его несогласия с Лениным - о левом блоке в 1906 г., о роли крестьянства в период реакции и о соотношении военного коммунизма и новой экономической политики. В последнем случае, вспоминает Теодорович, я "скоро убедился в том, что прав был Ленин, который, отнюдь не идеализируя методов военного коммунизма, ясно видел его неизбежность в условиях ужасающей разрухи, вызванной империалист[ической] войной в условиях отчаянного сопротивления эксплуататорских классов" [
Там же. Стлб. 145.].
  Только из воспоминаний мы узнаем подробности эмигрантской жизни В. И. Ленина, его деятельности по созданию и укреплению большевистской партии. Судьба бросала В. И. Ленина фактически по всем странам Европы. Ему и его семье приходилось жить в тяжелейших условиях. Но главным для него был его идеал - народная, социалистическая революция, счастье для всех трудящихся, всего человечества.
  Характерен такой случай, рассказанный Н. К. Крупской. В Цюрихе во время империалистической войны квартира, которую сняли Ульяновы у сапожника Т. Каммерера, оказалась малоудобной, и они думали о ее замене. Но однажды, когда на кухне многонаселенного, многонационального дома около газовой плиты собрались все женщины и жена Каммерера воскликнула: "Солдатам нужно обратить оружие против своих правительств!" - Ленин и слышать не хотел о том, чтобы менять квартиру. В этом доме он прожил почти до самого отъезда в Петроград в апреле 1917 г.
  Ярко описал быт краковской квартиры Ульяновых, отношение Владимира Ильича к приезжавшим к нему Н. И. Бухарин. "Краковская квартирка, помнится, из двух комнат. Кухня - она же гостиная. Простой, белый, чисто вымытый кухонный стол. Ильич режет хлеб, наливает чаю, усаживает, расспрашивает. Как ловко и как незаметно! С каким вниманием и с какой простотой! Выходишь - и знаешь: да ты, батенька, у него весь как на ладони. И никакого нажима, никакой неловкости перед великим человеком! Помню, что ушел я от "Ильичей" как зачарованный, летел домой, точно за спиной крылья выросли, перспективы раздвинулись, миры новые открылись..." [
Бухарин Н. И. Избранные произведения. М., 1988. С. 116-117.]
  Видный польский социал-демократ, член Главного правления СДКПиЛ, активный участник Октябрьской революции, известный чекист, крупный деятель Советского государства, неоднократно бывавший у Ленина в Кракове и Поронине, Иосиф Станиславович Уншлихт вспоминал: "Самая скромная обстановка. Самый простой образ жизни. Вся комната полна книгами, на столе журналы, материалы, рукописи. Ленин всегда за работой. Но это не мешало ему, однако, внимательно выслушивать посещающих его товарищей, задавать вопросы, помогать советом, давать конкретные указания, ругать за колебания. Поражала его работоспособность, систематичность, теплое товарищеское отношение" [
Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине: В 5 т. М., 1984. Т.4. с.73.].
  Да, о теплом товарищеском отношении пишут многие, в том числе А. М. Горький, Г. Е. Зиновьев, Л. Б. Каменев, Н. И. Бухарин. Но они же вспоминают, как он их критиковал, отчитывал за колебания, ошибки, как он шел даже на разрыв с ними, если этого требовали интересы дела, интересы революции. Известно, что Горький, которого В. И. Ленин очень высоко ценил как пролетарского писателя, во время революции и в ходе гражданской войны не раз принимал неверную, полуменьшевистскую позицию, обстоятельную оценку которой В. И. Ленин дал в ответе на письмо Горького, в котором тот говорил о том, что Ленин якобы его не понимает.
  Владимир Ильич писал Горькому: "Что касается Ваших настроений, то "понимать" я их понимаю (раз Вы заговорили о том, пойму ли я Вас). Не раз и на Капри и после я Вам говорил: Вы даете себя окружить именно худшим элементам буржуазной интеллигенции и поддаетесь на ее хныканье... Вполне понимаю, вполне, вполне понимаю, что так можно дописаться не только до того, что-де "красные такие же враги народа, как и белые" (борцы за свержение капиталистов и помещиков такие же враги народа, как и помещики с капиталистами), но и до веры в боженьку или в царя-батюшку. Вполне понимаю" [
Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т.51. с.49.].
  Известно, как Ленин решительно осудил Каменева и Зиновьева за их штрейкбрехерское поведение накануне Октябрьского вооруженного восстания, за их бегство из ЦК после победы революции. Но затем сумел сохранить их в партии, на руководящих партийных и государственных постах. Он считал и говорил, что большевики без надобности не вспоминают прошлых ошибок, что "умен не тот, кто не делает ошибок. Таких людей нет и быть не может. Умен тот, кто делает ошибки не очень существенные и кто умеет легко и быстро исправлять их" [
Там же. Т.41. с.18.]. О том, как Ленин вел себя, как относился к крупным политическим ошибкам, ярко описал испытавший все это на себе Н. И. Бухарин. "Прекрасен был Ильич в минуты штурма. Но он был прекрасен и в минуты опасности, когда вражеский меч был совсем, совсем близко от наших голов,- вспоминал Бухарин.- В памяти всплывают брестские дни. Мы, "молодые", "левые", уже сделали ошибку, помешав заключить мир сразу, и продолжали упорствовать. И вот на решающее заседание Цека вбегает Ильич. Он - как громадный лев, запертый мальчишками в клетку. Он бегает по комнате, гневный, с суровой решимостью в лице, на котором подобрались и сжались все мускулы. "Больше я не буду терпеть ни единой секунды. Довольно игры! Ни единой секунды!"... И Ильич ломает прежнее решение. И Ильич - могучий, грозный, железный, всевидящий - спасает революцию от страшных врагов: от революционной фразы и от революционной позы, которые чуть было не выдали республику немецким палачам..." [Бухарин Н. И. Избранные произведения. c.118-119.] Как далека эта реальная историческая картина, нарисованная одним из главных "леваков" того времени, от многих и многих современных писаний на эту тему.
  В публикуемых воспоминаниях воссоздается живой образ Ленина - ученого, революционера, партийного и государственного деятеля, публициста, оратора. Мы не раз обращались к прекрасным строкам Джона Рида и Альберта Риса Вильямса, но фактически забыли, как мастерски рисует образ Ленина-оратора Валериан Валерианович Оболенский (Н. Осинский): "На трибуну быстро выходит небольшой, крепкий человек, и в то время, как по залу несется ураган аплодисментов и криков, стихающий только для того, чтобы разразиться снова, он обеими руками приглаживает свой череп, точно до сих пор не снял парика, который носил в сентябре 1917 года, разбирает листки записей, всовывает в них голову, поворачивая ее туда и сюда,- словом, старается как-нибудь укрыться от неизбежного, но - отнимающего время! - звукового дождя, который на него сыплется. Вот наконец он стих, и Ленин начинает голосом отчетливым и размеренным, хотя с некоторым ударением в нос и как будто пришептыванием - особенно в тех местах, где речь доставляет удовольствие ему самому. Этот последний оттенок берется, вероятно, от обильного чтения и частых разговоров на самых различных языках.
  Пока Ленин находится в начале речи, обе руки его бездействуют и иногда спрятаны в карманах. Но вот появляется на поверхность правая рука, и ее энергичный жест начинает ставить точки, запятые, тире в речи, начинает подчеркивать слова и фразы. Дальше уже и левая рука не может утерпеть, и обе вместе начинают иллюстрировать усложняющийся ход мысли. Они находятся в быстром движении, и вся речь развивается быстро, и все быстрее яснеет в умах слушателей, и все больше растет в них наслаждение оттого, что сознание проясняется в основном вопросе, что "решающий пункт" всплывает с полной отчетливостью, что "основное звено цепи ухвачено", что теперь и они и миллионы людей за стенами сумеют "вытащить всю цепь". Тут уже и для Ленина речь достигает апогея. Уже сделали руки свое дело. Откинувшись назад туловищем, он закладывает обе руки большими пальцами в прорезы жилета, распахнув пиджак. Точно при этом руки и захватили как раз те главные звенья, которые надо тащить. И почти неподвижный, незаметно, но с невероятной энергией жестикулируя уже только одним корпусом, Ленин ведет людей к выводам простым и точным, бросая те слова, точно определяющие задачи и объем действия... Слушатели испытывают великое наслаждение, великую радость оттого, что этот человек ухватывает жизнь так, как она есть, в той ее простоте, которую, однако, так трудно раскрыть, и, раскрыв, обнажив до конца ее простые движущие силы, указывает простые - как сама жизнь! - решения, именно те, которые могут и должны двинуть миллионы" [
О Ленине: Сборник воспоминаний. М., 1925. с.20-21, 22.]. Прочтешь эти воспоминания, и оживает перед тобой образ Ильича - гениального, видящего глубинные причины процессов и намечающего реальные перспективы, доброго, заботливого, простого.
  До самых последних дней В. И. Ленин вопреки болезни интересовался жизнью страны, международными делами. Иосиф Аронович Пятницкий, который вместе с Иваном Ивановичем Скворцовым (Степановым) за три месяца до трагического дня - смерти Владимира Ильича был у него, рассказывал ему о новостях, вспоминал: "Мы ушли от Владимира Ильича в полной уверенности, что скоро Ильич вернется к работе.
  Возвращаясь обратно из Горок, мы еще говорили между собой, что, когда Ильич вернется к работе, надо будет настоять, чтобы он не так много работал, как до болезни" [
Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. Т. 4. С. 454.]. Не на это ли рассчитывал и сам Владимир Ильич, не давая хода своему письму к съезду, в котором он предлагал заменить Сталина на посту генсека.
  С именем Ленина, с его деятельностью связано начало истории III Интернационала, вступления международного коммунистического движения в новую эпоху, открытую Великим Октябрем. Два тома десятитомника будут отведены воспоминаниям зарубежных современников Ленина. Причем в отличие от предшествующих изданий, в них будут включены и воспоминания идейных противников большевизма, таких как К. Каутский, который, несмотря на резкую критику его взглядов со стороны В. И. Ленина, высоко оценил руководителя партии большевиков и Советского государства.
  В издании найдут также место воспоминания российских социал-демократических деятелей, которые расходились с Лениным и идейно и организационно, например, Ю. Мартова, Н. Суханова и др. Советский читатель вполне подготовлен самостоятельно разобраться с вопросом, кто есть кто, какие из приводимых в воспоминаниях фактов отражают реальную жизнь, а какие интерпретируются в соответствии с мировоззрением автора воспоминаний.
  Предпринимая по многочисленным просьбам читателей новое, десятитомное издание воспоминаний о В. И. Ленине, его составители и редакторы поставили перед собой цель не только обновить состав прежних изданий, но и вернуть читателю драгоценные строки воспоминаний друзей и сподвижников В. И. Ленина, безвинно погибших в годы сталинских репрессий; восстановить тексты по первоисточникам, снабдить их современными, отвечающими исторической правде комментариями и справками.

А. М. Совокин

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments