Beobaxter (beobaxter) wrote,
Beobaxter
beobaxter

Categories:

"Исповедь сталиниста" Ивана Стаднюка

  По наливке от arvegger проштудировал эту книгу лауреата Государственной премии СССР, как имеющую потенцию содержать инструкции по борьбе с проникающими в ряды Земного Сопротивления агентами инопланетных захватчиков. Да и название ласкает слух, хотя при более близком знакомстве "сталинистом" автор оказывается "липовым", произведение буквально пронизано "разоблачительским" пафосом. Объяснение простое: труд сей издан в 1993 году, когда дана была команда "мочить совок" из всех калибров, опытный Карательный Психиатр может поставить диагноз по одной только аннотации: "Сенсационные факты, связанные с событиями второй мировой войны, полвека скрывавшиеся под строгой завесой секретности". Вот фрагмент, попавшийся при первом же случайном распахивании книги:

  Особенно запомнился один непридуманный день, когда в лесу под Рядынями по приговору военного трибунала расстреливали начальника артиллерии 64-й дивизии майора Гаева, который якобы надлежаще не организовал артиллерийскую поддержку наступления стрелковых полков, что в зачитанном нам приговоре квалифицировалось как "беспечность, граничащая с предательством". Только спустя более тридцати лет, когда ко мне на дачу в Переделкино приехал бывший комиссар нашей 64-й (потом она стала 7-й гвардейской) стрелковой дивизии А. Я. Гулидов, я узнал от него, что майора Гаева расстреляли безвинно, ибо дивизия к тому времени не по его вине была не обеспечена средствами проводной связи и артиллерийские дивизионы и батареи оказались неуправляемыми. Но трибунал выполнил свою страшную "функцию", как меры устрашения для всех нас - по приказу высшего командования.

  Казалось бы, зачем в биографической книге дополнительно подчеркивать, что день - "непридуманный"? Наверное, затем же, зачем лгунишка повторяет присказку: "Правда-правда!" Или же автор тонко намекает, что все прочие россказни - придуманные? Ладно же, записываем в "кровавый счет жестокой тирании" одно очко и снова открываем томик наугад - уже зная, что теперь столкнемся с заведомой выдумкой. Пролистнув страницу (недоработал товарищ Стаднюк с нагнетанием, таки не восьмижды на каждой странице срывает личины и выводит на чистую воду), снова натыкаемся:

  в кино родились два фильма-близнеца: черно-белый Максим и цветной Иван. Почти с одним и тем же сюжетом, одинаковыми коллизиями, расстановкой героев. Всем было известно, что правда на моей стороне, что "Максим Перепелица" поставлен по моей одноименной книге, вышедшей в свет четыре года назад, что по радио уже несколько лет звучат радиоспектакли о нем. Но то были времена, когда никто не мог постоять за правду.

  Кстати, 1955 год уже. "Проклятый Сталин дотянулся!"
  Однако все же есть от книги и польза: если не заполнять бездумно ее текстом кладовые мозга, а читать вдумчиво, это с учетом вышеуказанной специфики - по прочтении становится ясно, откуда могли бы взяться "невинные жертвы тоталитарно-репрессивного аппарата" и прочие страшилки. Именно на примере привлекшего меня фрагмента:

  В это время на высоту к палатке приконвоировали задержанного на дороге майора. Майор предъявил начальству документы и объяснил, что следует с двумя грузовиками, в которых сидят его саперы, на восток для выполнения задания по охране мостов. А я, оказавшись свидетелем этого объяснения, был потрясен: в майоре узнал недавнего курсанта Смоленского училища; два года подряд наши роты ежедневно в одном коридоре, а затем по соседству, в Ворошиловских лагерях, выстраивались на утренние осмотры и вечерние поверки. Всего лишь три недели назад мы вместе закончили училище, и вдруг вижу в петлицах своего однокашника не два кубика младшего политрука, а две шпалы, да еще на рукавах золотые шевроны строевого командира. А "майор" между тем, получив разрешение следовать дальше, отдал начальству честь, четко повернулся кругом и... увидел меня. Побледнел, отвел в сторону глаза и зашагал к дороге. Я окликнул его по фамилии, но он будто не слышал. Я еще раз окликнул. На мой взволнованный голос обратил внимание полковой комиссар Маслов и тоже крикнул:
  - Товарищ майор!..
  "Майор" остановился, устремив притворно-недоумевающий взгляд на полкового комиссара.
  - Вы что, знакомы? - спросил у меня Маслов.
  - Да. - И в двух фразах все объяснил.
  - Ошибаетесь, товарищ младший политрук, - растянул губы в подобие улыбки "майор".
  - Ну как же? - Я сбивчиво начал что-то говорить, а "майор" тут же с дьявольской усмешкой на бледном лице все опровергал.
  Полковой комиссар Маслов смотрел то на меня, то на "майора". К нам уже подходили комдив и начальник особого отдела.
  - А не являетесь ли вы, младший политрук, засланным провокатором? сурово спросил, не спуская с меня глаз, полковой комиссар. - Ведь вы у нас новичок?
  Я остолбенел от неожиданного поворота событий, видя при этом, как рука Маслова скользнула к кобуре и выхватила пистолет.
  - Руки вверх! - скомандовал полковой комиссар, но приказ был обращен не ко мне, а к "майору", и вовремя, потому что "майор" тоже схватился за оружие. Его успели скрутить, затем не без трудностей и не без потерь обезоружили солдат в двух грузовиках, которые оказались переодетыми фашистами.
  В моем сознании никак не укладывалось, что в нашем училище пребывал среди нас враг - с чужим именем и чужой биографией. Но речь о полковом комиссаре Маслове. В несколько секунд он осмыслил ситуацию и принял единственно правильное решение: обрати он первые слова не ко мне, а к "майору", кто знает, кому бы раньше удалось выхватить оружие!


  А теперь представим себе, что начальник особого отдела решил бы провести "долгоиграющую" операцию, не арестовывая "майора", а просто установив за ним слежку с целью выявления контактов, связей, адресов и явок (в мирное время именно так и следовало поступить во избежание трудностей и потерь при обезоруживании двух грузовиков с фашистами, но, в отличие от "обличителей" - не спешу осуждать поспешность принятого решения, в горячие дни 41-го на продолжительные разведигры элементарно не хватало времени!) Чтобы не вызвать подозрений, младшего политрука Стаднюка следовало отконвоировать на гауптвахту (естественно, с последующим освобождением, иначе кто бы все это писал?) - и вместо приведенного отрывка мы читали бы сейчас о чудесном избавлении от жерновов "чудовищной мясорубки".
  Вердикт: "цивилизованной и интеллигентной" публике читать с неизбывным упоением, подлинным сталинистам - с предельной осторожностью, вдумываясь в каждую строку, в каждое слово, в каждую букву...

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments